Криминальная Россия. ОПГ.

Правда об организованной преступности сегодня очень нужна. Конечно, в ней не заинтересованы профессиональные и организованные преступники. Однако местные (да и не только местные) власти тоже подчас не радуются правде о реальном положении дел.

Поэтому все еще можно услышать об излишнем «накручивании», «сгущении красок», ведь никто из лидеров уголовной среды, дескать, не рассказал, как, например, в Италии, о существовании у нас мафии.

Действительно, никто из преступников с такого рода информацией в государственные учреждения не обращался. Но есть социологические методы исследования, наконец, диалектика мышления. Нужно лишь взглянуть на проблему честно, без опаски кого-то разгневать.

Так ли убедительно доказана актуальность проблемы организованной преступности сегодня?

Нет. Организованная преступность как вид преступности, как социальный феномен, к сожалению, до конца обществом не осознана.

Почему так? Да потому, что доказывать ее общественную опасность, особенности проявления в современных условиях нужно фактами и цифрами. Эмоции же только на руку сторонникам видимого благополучия.

Организованная преступность для страны явление, безусловно, не новое. Отдельные ее признаки (организованный характер преступления, факты подкупа должностных лиц) отмечались во все времена.

В царской России это было типично для сообществ конокрадов, в 30-е и 50-е годы в Советском государстве — для группировок рецидивистов под названием «воры в законе». Но относительно массовый характер организованной преступности, позволяющей отнести ее уже к социально-негативному явлению, приходится на период 90-х.

Он прежде всего был связан с состоянием экономики. Именно в ней кроется причина криминальной корпоративности.

Бесхозяйственность, отсутствие контроля за мерой труда и потребления, грубейшие нарушения распределительных отношений привели к тому, что в стране начался стихийный и уголовно-организованный процесс перераспределения национального дохода.

Крупные и особо крупные хищения государственных денег и материальных ценностей способствовали выделению элитарной паразитической группы, метко названной в уголовной среде «ОПГ».

Ещё статьи…

История криминальной России началась раньше

Точной хронологии, естественно, нет. В советские времена хозяйственные дельцы и цеховики вкладывали деньги в подпольное производство, боролись за «рынки» сбыта в условиях жесткой конкуренции между собой.

Но нам мешала развернуться деятельность правоохранительных органов, хоть эта деятельность и была ограничена в годы застоя. Вот почему до двух третей преступно добытых денег стали использоваться на подкуп морально неустойчивой части работников государственного аппарата.

Хищение и нравственная коррозия — стороны одного явления коррупции, являющейся главным признаком организованной преступности. Сейчас уже достоверно известно, что практически ни одна частно предпринимательская организация, определив «нижних» и «верхних» компаньонов, создав общую денежную кассу, разработав технологию преступного производства, не начинала им заниматься до тех пор, пока не подкупала местную административную верхушку.

Среди дремавших до времени «воров в законе» появились свои «идеологи», которые стали насаждать в тюрьмах и вне их новую стратегию и тактику преступности.

Давно уже покойный, хорошо известный уголовному миру «вор в законе» Т. Черкасов по кличке «Черкас» разработал в начале 70-х годов три, как он выражался по-ученому, концепции.

Они сводились к следующему:

  • во-первых, грабить тех, у кого есть деньги,
  • во-вторых, брать не все, ибо терпению есть предел даже у расхитителя.
  • В-третьих, на любое «дело» брать работников административных органов, делать их соучастниками.

Первым, откликнувшимся на столь многообещающую «теоретическую установку», оказался некий Хорьков по кличке «Монгол». Судили Хорькова в Москве в 1970 году.

Именно к этому времени относится распространение типичных для ОПГ деяний — рэкета, киднеппинга. Именно тогда в среде профессиональных преступников стали появляться «некоронованные» короли, окружившие себя боевиками из морально разложившихся спортсменов.

Сорганизовавшиеся профессиональные преступники быстро переняли организационные принципы хозяйственных «акул». Они, например, ввели третейские суды для разрешения конфликтов, создали денежные фонды («общаки»). Их лидеры на специальных сборищах, именуемых сходками, делили сферы своей власти.

Но самое опасное заключалось в стремлении к установлению коррумпированных связей. Каждая пятая организованная группа из числа разоблаченных оказалась связанной с работниками суда, прокуратуры и органов.

Изучение же многочисленных документов, опросы так называемых авторитетов уголовной среды позволили предположить значительно большее количество коррумпированных групп преступников. На протяжении многих лет совершенствовалась система по втягиванию должностных лиц в преступную деятельность, начиная от взяток и кончая изощренными провокациями.

Что же делали преступники?

Занимая нередко высокие посты, они прежде всего прикрывали деятельность организованного сообщества, прекращали, а порой и похищали из сейфов уголовные дела, снабжали бандитов нужной информацией, документами и даже форменной одеждой.

Итак, ОПГ, формируясь годами, сегодня заключается в функционировании устойчивых преступных сообществ.

Выделяются две основные формы ОПГ — преступная организация и объединение «воров в законе». То и другое напоминает мафию. Однако термин «мафия» вряд ли следует применять при характеристике организованной преступности в России, и не из чувства ложного патриотизма.

Мафия в международном ее понимании ассоциируется прежде всего с организацией полулегального бизнеса, имеющей свои акции и транснациональные связи.

Изучение же отечественных преступных сообществ показало, что, несмотря на высокую организованность и разветвленные коррумпированные связи, их экономические основы и задачи пока что примитивны.

Сегодня можно обоснованно выделить типичные для преступной организации характеристики. Например, централизацию власти в одних руках или в руках нескольких лиц, создание денежных фондов для взаимовыручки и подкупа должностных лиц (они имеются в каждом третьем сообществе), наличие устава — норм поведения, иерархия внутри группы, по функциям — боевики, связники, держатели кассы, сборщики информации и т. п.

Такие организации большей частью занимаются рэкетом и контролем над более мелкими группами, с которых взимается своеобразная дань.

Структурное построение этих организаций имеет как бы общую схему, но может отличаться в зависимости от местных условий и особенностей преступной деятельности. Например, есть сообщества, в которых главарь напрямую связан с членами группы, и организации, состоящие из нескольких сообществ, действующих в разных городах.

Последнее относится к так называемой сетевой структуре организованной преступности. В этой связи можно и нужно говорить об уровнях организованной преступности, что позволит выявлять ее региональные особенности.

Первый уровень составляют просто устойчивые организованные группы (их называют примитивным построением). Второй — это организованные группы, имеющие коррумпированные связи. Самый высокий третий — сетевая структура, при которой одно сообщество управляет несколькими.

Некоторые ОПГ образованы на основе уголовно-воровских традиций, роль которых в последнее время значительно усиливается

Сообщество «воров в законе» не имеет своей постоянной территории, оно несколько аморфно, так как все участники имеют равное положение, утвержденное на сходке.

Кстати, сходка — это специфический орган управления, с помощью которого решаются, по существу, все организационные вопросы. В ходу также специальные обращения к тем или иным категориям уголовной среды.

Особенностью преступной деятельности «воров в законе» является организационная работа среди антиобщественных элементов, консультирование, разрешение возникающих споров и конфликтов между отдельными группами и лицами.

Чаще всего «законник» имеет своих боевиков, он может руководить группой, что весьма редко, а может находиться на службе лидера организации в качестве консультанта либо компаньона крупного чиновника.

Сращивание организованных групп чиновников с преступниками так называемого обще-уголовного профиля лишний раз подчеркивает целостность явления ОПГ.

География ОПГ

Достаточно представительна и география организованной преступности. Больше всего групп выявлено в южных регионах страны, а также в крупных областных и республиканских центрах, Москве и Петербурге.

В последние годы наблюдается ее перемещение и в города областного подчинении, например ряд городов Московской области. Кроме того, есть основания полагать, что организованная преступность оказывает прямое и косвенное влияние на развитие бандитствующих группировок молодежи (типа групп «АУЕ»).

Достоверно установлено, что это криминальное движение основывается на некоторых уголовно-воровских традициях, распространяемых «ворами в законе», в частности, па обязанности сбора средств для осужденных, находящихся в тюрьме.

Опасность ОПГ, неблагоприятные тенденции в ее развитии требуют незамедлительных мер по нейтрализации этого явления.

Смотрите также: Юридическая ответственность.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Zakony-Prava.ru
Добавить комментарий